Следующие сутки станут для него последними в этой работе. Он уже передал заявление об уходе, но перед этим нужно отработать ещё одну смену — целые сутки. За это время он должен познакомить нового сотрудника со всеми тонкостями работы.
Усталость давно стала его постоянным спутником. Она ощущается в каждой мышце, в замедленных движениях, в желании просто закрыть глаза и забыть о бесконечных вызовах. Но сегодня нельзя сбавлять темп. Рядом — новичок, который смотрит на всё широко раскрытыми глазами.
Они выезжают на первый вызов. По дороге он коротко объясняет, как работает оборудование, на что обращать внимание в первую очередь. Его голос звучит ровно, профессионально, хотя внутри всё сопротивляется. Руки сами выполняют привычные действия: проверить аптечку, подключить монитор, поговорить с пострадавшим спокойным тоном.
Между вызовами пытается рассказать о мелочах, которые не пишут в инструкциях. Как найти подход к испуганному ребёнку. Что сказать родственникам, когда помочь уже нельзя. Как сохранить самообладание, когда вокруг паника. Слова даются с трудом — слишком много этих воспоминаний.
Ночь проходит в полузабытьи. Сидя в кабине машины, он ловит себя на мысли, что уже не чувствует прежнего адреналина. Только глухую усталость и желание, чтобы всё закончилось.
Утро застаёт их за бумажной работой. Объясняет, как заполнять документы, куда что передавать. Руки автоматически выводят знакомые формулировки.
Когда смена подходит к концу, он вдруг понимает, что не может вспомнить половины из того, что хотел сказать. Остаётся надеяться, что новичок усвоил хотя бы самое важное. Передаёт ему ключи от аптечки, кивает на прощание.
Выходит из здания гаража. Утреннее солнце бьёт в глаза. Он стоит минуту, привыкая к непривычному ощущению — тому, что теперь ему не нужно никуда спешить. Потом медленно идёт к своей машине, не оглядываясь.
